Послужной список «Колеса» пополнился концертом еще одной величины мировой рок-сцены

25.11.2014 в 22:35, просмотров: 2049

 Знаменитый канадский музыкант Вульф Мэйл отыграл в Архангельске. Признанный ценителями блюза обладатель зажигательного вокала и мощной артистической харизмы по-настоящему зажег.

Послужной список «Колеса» пополнился концертом еще одной величины мировой рок-сцены
Вульф Мэйл:«Если ты хочешь заработать блюзом, надо добавить в него рока»

Сцену «Колеса» уже украшали мастодонты мировой рок-сцены – например, известнейшие гитаристы Ян Аккерман и Кристоф Годэн... Значимость и знаковость приезда очередного гитарного виртуоза Вульфа Мэйла для нашего города неоспорима.

На сегодняшний день он является одним из самых известных музыкантов, работающих в стиле блюз и соул. Его стиль можно определить как смесь традиционного блюза и классического соула. В манере игры Вульфа чувствуется влияние как блюзовых гитаристов Альберта Коллинза и Роя Бьюкенена, так и соул-музыкантов Кертиса Мэйфилда и Отиса Реддинга, но самое большое влияние оказал Алман Джеймс. Японский журнал «Player Magazine Japan» в июне 2005 года назвал Мэйла одним из трех артистов месяца, расположив его в одной строке с Робертом Крэйем и Брайаном Сетцером.

Вульф создает мощный и в то же время чистый звук. По большому счету, это блюз-рок, основыванный на риффах, которые у Вульфа интересны и оригинальны. И все-таки у него собственный гитарный почерк, не поддающийся сравнению. Он смотрит на традиции, которые формировали блюз на протяжении почти сотни лет по-новому, свежим взглядом и пытается вносить в блюз что-то свое, неповторимое. Современный блюз Вульфа переносит прямиком в пятидесятые. Вообще, Мэйла познакомил с блюзом его отец, который был большим поклонником этой музыки. Он пробовал играть разные стили, но предпочтение отдал блюзу.

– Блюз был в моей душе с самого детства, – говорит Вульф. – Когда я услышал его, испытал то же ощущение, которое испытываешь, когда видишь красивую женщину. Мне нравится блюз за его подлинную честность, но сейчас сложно найти того, кто играет настоящий блюз. Это самая простая и самая сложная музыка одновременно, но если ты хочешь заработать денег блюзом, нужно добавить в него рока.

Уже в четырнадцать лет Вульф отыграл свой первый концерт, а в семнадцать сбежал из дома, чтобы совершить первое турне с собственной бандой. В тот же год Вульф встретил Теда Ньюджета, после чего гастролировал с ним некоторое время. Встреча с Тэдом сильно повлияла на музыканта, и он решил переехать в Калифорнию. В девятнадцать лет Вульф познакомился с Рэнди Кастилло, барабанщиком малоизвестного тогда Оззи Осборна, а затем – «Mötley Crüe». После джема в лос-анджелесском «Troubadour club» Рэнди пригласил Вулфа в свою группу. В это же время тот получил приглашение от известного английского рок-музыканта Билли Айдола. Из-за постоянных переездов Вульф вообще перестал причислять себя к какой-либо национальности, называя себя человеком мира.

Характерную харизме Вульфа игру на гитаре можно было не только услышать, но и почувствовать – создавалось ощущение видимой энергии, погружающей в саму суть афроамериканской народной музыки. Однажды после концерта к блюзмэну подошла женщина и сообщила, что инструмент Вульфа – результат работы ее мужа, но сам он стесняется подойти к Вульфу. После этого случая Мэйл попросил мастера сделать такую же гитару, но еще лучше прежней. Мэйл Вульф играет на гитарах «Mark Gilbert» собственной авторской модели «WM1» и электроакустической модели «ВC». Действительно, инструмент Вульфа – будто живой организм, персонифицирующий самого музыканта, обаятельного, талантливого и правдивого, как его музыка. Публике было представлено все: от блюзовой импровизации с архангельскими музыкантами до хардовых риффов. Несмотря на то, что обычно Вульф выступает с собственной командой, ему прекрасно удалось сыграться с местными архангельскими музыкантами Николаем Клишиным и Алексеем Барандовым. Вышел уникальный коктейль инструментального материала, песен и юмора.

Мэйл невероятно эмоционален, и это отражается не только на звучании его гитары, но и на мастерстве игры. Его мимика и увлеченность процессом говорят о том, что он не просто играет свои песни по накатанной, а каждый раз вновь переживает все чувства, испытыванные при рождении текста и музыки: «Я думаю об экспериментах, которые проходили в прошлом. Я думаю о хороших вещах, плохих вещах. Это великолепное чувство. И когда я беру гитару, это чувство выходит наружу. Если так происходит, то получается новая песня. Я никогда специально не садился, чтобы написать песню, нельзя просто так дать этим чувствам выйти».